5 июня
Деймон очнулся в подвале старого здания семьи Гилберт. Вербена, которую ввел ему Джон, все еще действовала, разнося по телу слабость и боль. Вампир с трудом смог вспомнить то, что произошло с ним несколько минут назад. Нестерпимая боль, источником которой было все-таки сработавшее устройство Джонатана Гилберта. Он помнил, как голову пронзили тысячи невидимых иголок. Помнил, как упал на пол, держась за голову. А потом был шприц с вербеной, и последняя мысль, пролетевшая в голове вампира перед тем, как он потерял сознание. Он подумал о младшем брате. Деймон не знал, где Стефан. Что с ним произошло, когда сработало устройство? Жив ли он вообще? Единственное, что Деймон мог сказать точно – здесь его брата не было. Он чувствовал людей, находившихся в подвале, чувствовал других вампиров, но не Его.
Сквозь шум в ушах мужчина услышал шаги спускающегося по лестнице Джона.
– Устройство не работает. Единственное, что их сдерживает – вербена, – говорил он людям в подвале. – У нас мало времени. Покончим с этим.
А затем в нос ударил резкий запах бензина, не предвещавший ничего хорошего. Деймон с трудом повернулся на бок, чтобы хоть что-то разглядеть. Люди, с которыми только что разговаривал Джон, теперь разливали горючую жидкость по полу и телам бессознательных вампиров. Анна. Она, не двигаясь, лежала рядом с Деймоном. Мужчина вспомнил, как совсем недавно говорил ей о том, что устройство испорчено. Он обманул ее... И теперь девочка, которую он знал почти всю свою жизнь, погибнет из-за него...
– Мэр Локвуд? – Джон возвышался над пришедшим в себя мэром, на которого вербена, по всей видимости, не подействовала. – Не ожидал вас здесь увидеть. Признаться честно, я поражен тем, как умело вы скрывали свою суть.
– Я не вампир! – Локвуд испуганно отполз к стене, когда Гилберт достал из кармана деревянный кол.
– Но вы здесь. А значит, вы не человек! – с этими словами он вонзил кол в сердце мэра.
Затем Джон разлил остатки бензина по лестнице и кинул горящую спичку. Деймон слышал, как захлопнулась дверь в подвал, и уже через несколько секунд пламя разбежалось по помещению, заполняя его едким дымом. Мужчине казалось, что он попал в ад. Отчасти так и было: повсюду огонь, крики вампиров и ужасный запах горящей плоти. Он попытался встать, но сил не было, как и выхода из этого кошмара. Они с Анной были окружены пламенем. Деймон с большим трудом подполз к начавшей приходить в себя девушке и оттащил назад. Через минуту на то место, где она лежала, упала горящая балка.
Свободного от огня пространства становилось все меньше и меньше. Пламя нещадно сжигало все на своем пути, оставляя лишь каменные стены импровизированного крематория. Криков больше не было. Лишь гул и треск огня, который вскоре дойдет до двух оставшихся в живых вампиров, превратив и их тела в пепел.
– Прости... – это единственное, что смог сказать Деймон напуганной Анне.

Стефан бежал к служебному входу в здание Гилбертов. Он слышал крики сгоравших вампиров, доносившиеся из подвала. Они словно ножом резали похолодевшее от страха сердце, заставляя думать о самом страшном. Парень молил Бога, чтобы среди этих горящих тел не было его брата. Только бы Деймон был жив. Стефан готов был броситься в огонь, сгореть сам, но спасти родного брата. Вампир уже добежал до входа, когда услышал голос Бонни:
– Эй! Туда нельзя! Ты просто сгоришь!
– Он мой брат, Бонни, – ответил Стефан и, не раздумывая, бросился внутрь.
Дверь в подвал была закрыта. Стефан прислушался в надежде услышать хоть крики, среди которых он мог бы различить голос брата. Но ничего. Только треск огня и грохот рушившихся перекрытий. В сознании мелькали самые страшные картины, в которых он видел обгоревшее тело Деймона. Стефан попытался повернуть ручку, но она обожгла ладонь.

– Елена, туда нельзя! – Бонни схватила за руку пытавшуюся попасть в подвал подругу.
– Бонни, что ты делаешь?! – Елена попыталась вырваться.
– Извини, я соврала тебе, – быстро проговорила ведьма, еще крепче сжав руку Елены.
– Бонни, я должна туда попасть! – но девушка, словно не замечая страха Елены, закрыла глаза и начала что-то бормотать. – Что это? Что ты делаешь?
Страшные мысли о том, что могло произойти с ее любимым и что произошло с Деймоном, вызывали у Елены желание броситься в горящее здание, но Бонни... Стараясь помочь Стефану, она крепко держала руку напуганной подруги. Сейчас единственное, что могла сделать Бонни, так это унять бушующий в подвале огонь, чтобы вампир смог пройти туда и спасти брата.
От произносимого заклинания тонкая цепочка на шее Елены раскалилась, обжигая нежную девичью кожу. Вскрикнув от боли, девушка сорвала ожерелье и откинула в сторону. Только после этого Бонни замолчала, отпустив, наконец, руку Елены.
– Бонни, что ты сделала? Они будут в порядке? – но ведьма лишь слабо улыбнулась и перевела взгляд на открытую дверь.
В ту же секунду в дверном проеме послышались звуки. Первым на улицу выбрался Деймон, следом Стефан с Анной на плече. От увиденного у Елены перехватило дыхание, но быстро справившись с собой, она бросилась к вампирам:
– Господи! Как вы?
– В порядке, – ответил Стефан и опустил почти бессознательную Анну на асфальт.
Разумеется, Деймон не смог ответить. Он обессилено упал на колени, закашлявшись от едкого дыма, заполнившего легкие. Справившись с приступом кашля, вампир сделал несколько глубоких вздохов. От свежего ночного воздуха постепенно становилось легче. Мужчина искоса посмотрел на то, как Стефан и Елена пытались привести в чувства малышку Аннабэль, а провинившаяся Бонни крутилась вокруг них.
Стоя на коленях, Деймон заметил недалеко от себя что-то блестящее. Приглядевшись, вампир понял, что это – ожерелье Елены. На автомате он потянулся к нему и взял в руки. После недавней дозы вербены в крови, Деймон почти не ощутил жжения от маленького кулона и сунул его в карман. Затем он снова глянул на друзей: в суматохе никто не заметил, как вампир, можно сказать, украл «драгоценный» кулон Елены.

Позже Деймон отвез Анну к Джереми и вернулся домой. Эта ночь показалась ему самой паршивой на свете. И даже тот страшный день, когда мужчина стал вампиром, не шел в сравнение со всем, что произошло сегодня. «Не такой я представлял свою смерть», – думал он, глядя на красные языки пламени в камине. От тихого потрескивания поленьев в памяти снова всплыл образ горящего подвала. Перед глазами появились умирающие вампиры, а в ушах зазвучали их крики. Не выдержав, Деймон сорвался с дивана и направился к выходу. Он должен был вернуть Елене украденное ожерелье.
По дороге к ее дому, вампир размышлял о Стефане. Сальваторе до сих пор не верил, что брат, который его ненавидит, спас ему жизнь, не дал сгореть с остальными монстрами. «Совсем недавно он хотел, чтобы я уехал, испарился, умер, – размышлял Деймон. – Что угодно, только бы я исчез из города и его жизни. А теперь...» Он просто не знал, как все это объяснить.
Деймон вспоминал взволнованный взгляд Елены, когда она смотрела на них с Анной. В душе вампира зародилась маленькая надежда: «Хоть немного, но я ей дорог...» Впрочем, он быстро отмел эту мысль, ссылаясь лишь на ее жалость. Прекрасная и чистая Елена не могла дорожить таким чудовищем, как Сальваторе-старший.
Но больше всего Деймона беспокоило не это. Находясь на волоске от смерти, он осознал, какое неожиданное и, пожалуй, пугающее влияние на его жизнь оказывала Елена. Те чувства, которым еще вчера Деймон не мог дать объяснение, сегодня оказались такими простыми и понятными. Но от этого не стало легче. Скорее наоборот. Вампир понимал, что теперь его жизнь станет только сложнее...

Вернувшись домой, Елена быстро переоделась и направилась в ванную. Но стоило ей взглянуть в зеркало... Она ахнула, не обнаружив на шее своего ожерелья с вербеной. Вместо него на коже остался ожог, повторяющий форму цепочки и круглого кулона. Елена вспомнила, как сорвала его и бросила куда-то. «Как же я могла забыть?! – злилась на себя девушка. – Я должна была его подобрать! Но теперь поздно, оно безнадежно потеряно». Елена убрала волосы с шеи и принялась разглядывать ожоги.
– Откуда это? – послышался тихий голос за спиной.
Брюнетка вздрогнула и резко обернулась. В дверном проеме стоял Деймон. Казалось, вампир был напряжен. А лицо его было... Странным, непривычным для самовлюбленного эгоиста. На нем отражались беспокойство, сожаление, благодарность и что-то еще...
– Господи, Деймон! Ты напугал меня, – облегченно вздохнула Елена.
– Прости, – только и ответил он. – И все же?
– Ожерелье обожгло, когда Бонни колдовала, чтобы помочь Стефану спасти вас.
– Сильно болит? – обеспокоенно спросил мужчина.
– Нет, все нормально, – отмахнулась Елена. – Зачем ты пришел?
– Я хочу поговорить, ты не против?
– О чем? – девушка направилась в комнату, Деймон последовал за ней.
– Скорее, излить душу. Можно?
– Выкладывай.
– Я приехал в этот город, желая уничтожить его, – тихо заговорил вампир. – Я хотел испортить Стефану жизнь. Даже хотел увести тебя у него. А сегодня... Я понял, что хочу совершенно другого. Мне больше не нужно все то, зачем я здесь появился. Я хочу защищать родной город. Хочу защищать брата. Тебя, – на секунду Деймон замолчал, внимательно глядя на Елену. – Как это случилось? Я не герой, Елена, я не хороший, во мне этого нет.
– А может есть? Деймон, ты... – начала Елена, но вампир ее перебил.
– Нет, это удел моего брата. И твой. И Бонни. У нее есть полное право меня ненавидеть. Но она помогла Стефану спасти меня.
– Потому что ты не безразличен Стефану.
– Она сделала это ради тебя. А значит, где-то между делом ты решила, что я достоин спасения. Поэтому я хотел поблагодарить тебя. Спасибо.
– Деймон... – Елена не знала, что сказать. – Пожалуйста.
– Еще я хотел вернуть тебе вот это, – Деймон достал из кармана ожерелье с вербеной. – Я нашел его, когда вышел из подвала.
– Я думала, что уже никогда не найду его. Спасибо, – Елена протянула руку, чтобы забрать кулон, но мужчина его не отдал. – Верни мне его, пожалуйста, – насторожилась она.
– Я хочу сказать тебе еще кое-что, – лицо вампира изменилось, казалось, он пытался решиться на что-то.
– Почему ты не можешь сначала вернуть ожерелье? – Елена уже не скрывала своей тревоги.
– Наверное, потому что это будет самое эгоистичное из всего, что я когда-либо говорил, – казалось, на его лице появилась какая-то обреченность.
– Деймон, не надо... – Елена отстранилась от вампира, потому что не знала, чего можно ожидать от него.
– Просто выслушай меня... – взмолился Деймон. Девушка испуганно смотрела на него, но ничего не ответила, и тогда он продолжил. – Елена, там, в подвале, я понял еще кое-что... Елена, я... – он глубоко вздохнул и продолжил. – Я люблю тебя... И поэтому я не могу быть эгоистом с тобой... Почему ты этого не понимаешь?
Елена не знала, что сказать, и лишь ошарашено глядела на вампира. Эти слова заставили ее растеряться. Конечно, Изабель говорила ей о том, что Деймон влюблен в нее, но девушка не поверила ее словам. Как этот самоуверенный, эгоистичный убийца может кого-то любить?
– Я тебя не заслуживаю, – с болью в голосе продолжил мужчина. – Но мой брат заслуживает.
Деймон ждал, когда Елена хоть что-нибудь скажет. Что угодно, только не молчание. Но девушка не проронила ни слова и лишь с жалостью смотрела на него. Впрочем, Деймон знал, каков будет ответ – «Я люблю тебя как друга». К горлу подступил ком, молчание было невыносимым, и он с трудом заговорил дальше:
– Как же я хочу, чтобы ты этого не забывала... – на лице Елены появилось непонимание. Его зрачки расширились, а по щеке потекла слеза, когда вампир говорил последние слова – слова внушения: – Но ты все забудешь...
Девушка закрыла глаза, а Деймону хватило всего секунды, чтобы надеть ей на шею ожерелье и исчезнуть. Раствориться в ночи, не желая больше видеть этой жалости.

7 июня
– Привет, – поздоровалась Елена, когда Стефан открыл дверь.
– Здравствуй милая, проходи, – улыбнулся парень.
– Привет, Елена, – послышался самодовольный голос из гостиной. – Что привело тебя в обитель двух голодных вампиров?
– Здравствуй, – Елена бросила на него недовольный взгляд и уселась в кресло. – Вечером кто-то проник в дом и напал на Джона. Ему оторвали палец и забрали кольцо Гилбертов.
– М... А с чего ты взяла, что именно кто-то, а не что-то? – как-то подозрительно спросил старший из братьев. – Может, он зацепился кольцом обо что-нибудь и нечаянно оторвал себе пальчик? А кольцо потерялось.
– И после этого решил быстро убраться из города? – добавила Елена. – Хотя, я этому рада.
– Ну, мало ли? Он странный человек. К тому же, свое дело он уже сделал: спас город от страшных вампиров.
– Увы, не от всех, – съязвила Елена, а Стефан молча смотрел на их перебранку.
– По-моему, позавчера ты хотела меня спасти, – Деймон нахально заулыбался.
– Не заставляй меня жалеть об этом, – прожигая парня взглядом, сказала девушка. – Может, это ты решил ему отомстить? А то рана у него слишком быстро затянулась.
– Милая, – протянул вампир. – Если бы я решил отомстить, то он сейчас валялся бы где-нибудь в лесу без сердца.
– Почему я тебе не верю? – подозрительно спросила Елена.
Деймон сменил свое нахальство на виноватый вид. Он посмотрел на Стефана, потом на Елену. Похоже, он совершил большую ошибку, когда напал на Джона. Елена и Стефан будут очень недовольны... Но ведь он хотел как лучше...
– Я... – начал он, собираясь духом. – Ты убьешь меня, Елена... Это действительно я сделал...
– Зачем?! – возмутился Стефан. – Тебе мало было того, что ты чуть не сгорел из-за него?!
– Вот именно! Он чуть не убил меня – это раз, – Деймон принялся загибать пальцы с недовольным видом. – Ты, Елена, хотела, чтобы он убрался из города – это два. Из-за него могла умереть Анна – это три. Он слишком много о себе возомнил – это четыре. И... Ему не нужно кольцо – это пять. Пять причин, чтобы это сделать! – он снова сделал виноватое лицо и добавил. – Ты убьешь меня?..
В ответ Елена только вздохнула. Она никогда не любила Джона, особенно после того, как узнала, что он ее отец. К тому же, он пытался убить ее друзей. Поэтому...
– Знаешь, Деймон... – начала она, но увидев, как Деймон напрягся, быстро добавила: – Я рада, что он уехал. Вот только где кольцо?
Деймон расплылся в улыбке и промурлыкал:
– Теперь твой любимый брат, милая, почти бессмертный. Я отдал кольцо ему. И попросил не говорить тебе о том, что это я забрал его у Джона.
– Деймон, ты гавнюк. Сам врешь и моего брата заставляешь.
– Еще какой... – самодовольно протянул вампир, поднимаясь с дивана. – Воркуйте, голубки, не буду мешать, пойду, позавтракаю кем-нибудь.
– Деймон! – грозно позвал младший брат.
– Уже пошутить нельзя, – вампир недовольно закатил глаза. – В подвал я, за кровью!
И он ушел, а Стефан и Елена остались наедине. Он взял ее руку и с любовью посмотрел в карие глаза.
– Ты действительно не зла на Деймона за случай с Джоном?
– Нет, мне все равно на этого человека. Даже если бы он умер. Он хотел убить тебя и Деймона. И Анну. Поэтому... Вполне справедливо со стороны твоего брата. Я ведь хотела, чтобы он уехал.
– Он не должен был так делать, это жестоко.
– Стефан, для Деймона это не жестоко. Ты должен радоваться, что твой брат не убил его. А мог, для него ничего не стоит человеческая жизнь, он легко может вырвать сердце или свернуть шею. Он убийца – это его суть...

Деймон сидел в подвале и слушал разговор двух дорогих ему людей. Она считала его убийцей... А разве это не так?.. То признание ничего не изменило бы. Он правильно сделал, что стер это воспоминание. Ей не нужна любовь монстра, который обратил ее биологическую мать и подругу, да еще и покалечил отца. Ему никогда не стать другим. Хороший Деймон умер сто сорок шесть лет назад.
– Я люблю тебя, Стефан, – послышался любимый голос наверху.
– И я тебя, милая, – последовал ответ брата.
Как же больно эти слова врезались в мое сердце. Как же хотелось, чтобы она сказала это мне. Но... Стефан... Всегда Стефан... Он заслужил. А я... Только страдать. Просыпаться утром с тоской в душе и отчаянно надеяться, что увижу ее сегодня. И так каждый день. И это моя судьба. На большее я не имею права: слишком много грехов на мне. Да я мечтал, чтобы она бросила Стефана! Чтобы была моей! Хм... Несбыточная мечта. Особенно сейчас, когда я не хочу их разлучать. Так, все, хватит киснуть. Пофиг. Я же Деймон Сальваторе! Черт, будь я человеком, давно бы уже раздвоение личности заработал с такой жизнью!
Деймон взял из холодильника пакет с кровью и не спеша поднялся наверх. Он не захотел идти в гостиную к двум влюбленным, поэтому направился в библиотеку. Хотелось побыть одному. Он налил кровь в стакан и подошел к окну.
Позавчера я должен был умереть... Там, в подвале. Сгореть вместе с остальными вампирами. Да, не так я представлял свою смерть... Бонни, маленькая дрянь, обманула нас. Ну, ладно меня: ей только дай повод убить своего врага. Но Елену? Она предала лучшую подругу. Из-за нее Стефан мог погибнуть вместе со мной. И только каким-то чудом он не оказался в подвале. А Кэролайн? Они же были лучшими подругами! А Анна? Хоть она и вампир, они с Джереми любят друг друга. Интересно, что было бы, если я, Стефан и Анна все-таки сгорели тогда?.. Как бы поступила Елена, узнав, что Бонни намеренно не сняла заклинание с устройства? Не думаю, что они остались бы подругами. Возможно, даже Гилберты возненавидели бы ее, ведь потерять любимых... Только от моей смерти никому хуже не станет. Но Елена и Стефан спасли мне жизнь. Значит, я заслужил. Хотя, нет. Я только кол в сердце заслуживаю. Просто Елена у нас благодетельница...
Деймон принялся разглядывать природу за окном. Теплое летнее солнце, ярко-голубое небо с пушистыми белыми облаками. Легкий ветерок гулял среди высоких деревьев. Пели птицы. Деймон грустно вздохнул. Он мог всего этого не увидеть больше. Как никогда раньше ему захотелось побыть наедине с природой. Лес... Река... Туда он хотел пойти.
«Птицы... Сова?! – не понял Деймон. – Откуда?!»
Огромная белая сова пролетела рядом с окном. Деймон пожал плечами, допил кровь и направился в гостиную. Стефан и Елена так и сидели на диване.
– Я прогуляться, – на ходу сказал он. – Обещаю, никого не есть. Разве что...
Деймон замер посреди гостиной. Его взгляд совершенно ничего не выражал. Казалось, вампир смотрел куда-то в пустоту.
– Что? – не понял Стефан. – Деймон?
Но брат не отреагировал. Несколько секунд он находился в таком состоянии, а потом уставился на Елену, оскалив клыки. Она вскочила с дивана и спряталась за спиной любимого.
– Деймон? – Стефан сделал шаг к брату. – Что с тобой?
Но вместо ответа последовало резкое движение – и Стефан отлетел в сторону. Деймон бросился на Елену и повалил ее на пол. Его целью была шея: тонкая, нежная. Елена изо всех сил пыталась оттолкнуть вампира. Она увидела его взгляд, чужой, дикий. В Деймоне никогда не было столько ярости.
«Убей ее! Разорви ей шею!» – звучало в его голове.
«Нет! Не могу! Нет! – пытался сопротивляться он. – Я не могу!!!»
Резкая боль пронзила его бок. Деревянный кол заставил придти в себя. Вампир повалился на спину, прикрыв рану ладонью.
– Господи, как больно... – простонал Деймон.
– Ты спятил?! – воскликнул Стефан, не выпуская кол из руки.
– Деймон... – Елена осторожно коснулась его плеча. Ее сотрясала дрожь, сердце выпрыгивало из груди, но она поняла одно: это был не он.
– Прости меня, Елена, – Деймон взялся за голову, – я не хотел... Я не знаю, что на меня нашло...
– Елена, отойди от него, – Стефан поднял девушку и отодвинул назад. – А теперь объясни, какого черта ты делаешь?!
– Я не знаю! – Деймон поднялся, рана почти затянулась. – Это не я. Как будто кто-то приказывал мне. Я пытался сопротивляться, но...
– Заметно как ты пытался, – буркнул Стефан.
– Стефан, – Елена с укором посмотрела на парня.
– Что?! И ты ему веришь?!
– Да, верю! Подумай сам, зачем ему меня убивать?
– Вот-вот, – поддакнул Деймон. – Стефан, вместо...
– Заткнись! – перебил его брат. – Елена, он еще год назад хотел тебя убить!
– Да делать мне больше нечего! – Деймон сжал кулак. – Хватит чушь нести!
– Стефан, если бы он хотел, то давно уже убил бы меня!
– Вот именно! – язвительно ответил Деймон. – Стефан, послушай меня...
– Закрой рот! – рявкнул Стефан.
Терпение Деймона закончилось. В его глазах сверкнула ярость. Резким движением он отвел кулак назад и ударил Стефана в лицо. Елена от неожиданности вскрикнула, новая волна страха прокатилась по ее телу. Стефан упал на ковер и схватился за лицо, из носа текла кровь.
– Не затыкай мне рот! – процедил Деймон, пока его брат поднимался на ноги. – Елена, – он повернулся к девушке, та вздрогнула, – я надеюсь, ты более адекватна, чем мой психованный братец?
– Да...
– Тогда слушай меня. Принеси шприц с вербеной из подвала. Немедленно.
– Зачем?! – Елена испуганно уставилась на вампира.
– Для меня.
Елена побежала в подвал. После всего, что произошло, она была даже рада оказаться подальше от Деймона. Давно она так не боялась его. Быстро схватив шприц из холодильника, девушка побежала обратно. На выходе из подвала, словно тень, стоял Деймон. Елена испуганно отступила назад и, запинаясь, пролепетала:
– Я... Я взяла шприц... Я разве долго?..
– Нет, – коротко ответил он и, взяв ее за локоть, повел обратно в подвал.
– Деймон, куда ты меня ведешь?!
– В камеру. Ты введешь мне вербену и выполнишь обязанности тюремщика.
– Я... – Елена ошарашено уставилась на парня. – Я не... Зачем это все?!
– Елена, я не уверен, что мое бешенство больше не повторится. Я хочу обезопасить тебя.
Деймон завел Елену в ту же камеру, где не так давно держали Стефана во время его срыва на человеческую кровь. Через несколько секунд на пороге появился младший Сальваторе. Скрестив руки на груди, он облокотился на дверной косяк и молча наблюдал за происходящим.
– Елена, я жду, – Деймон подошел почти вплотную к девушке. Его лицо было серьезным, а взгляд решительным.
– Деймон... – Елена растерянно смотрела на вампира. – Я не могу... Это же больно...
– Началось... Больно будет мне, а не тебе!
– Елена, сделай это, – подал голос Стефан. – Введи ему неполную дозу.
Девушка еще немного поколебалась, потом глубоко вздохнула и замахнулась рукой со шприцом. Резкое движение – и вампир зажмурился, издав тихий стон. Ужасная боль разнеслась по всему телу. Ноги подкашивались, голова кружилась. Хотелось кричать, но он терпел. Деймон почувствовал маленькие ладошки на своих плечах и открыл глаза. Все расплывалось, но он сумел разглядеть ее взволнованное личико. Елена попыталась его удержать... В глазах темнело, а боль заставляла упасть на колени.
– Деймон... – услышал он ее голос где-то вдалеке. Елена опустилась на колени вместе с ним, продолжая поддерживать. Он чувствовал ее хрупкие ручки, пока не упал на холодный пол: он потерял сознание.
– Елена, идем, – позвал Стефан.
Она поднялась и, взглянув на бессознательного Деймона, пошла к выходу. Стефан закрыл тяжелую железную дверь и задвинул засов.
– Когда он очнется? – спросила Елена.
– Скоро, – коротко ответил Стефан, и они поднялись в гостиную.

Спустя пару часов Деймон начал приходить в себя. Все ныло, движения давались ему с трудом. Головная боль и слабость во всем теле не давали ему подняться. Он прислушался к разговорам наверху, но ничего не смог разобрать, только неясное бормотание.

Тем временем Елена и Стефан спорили в гостиной:
– Стефан, почему ты не веришь ему?
– Потому что он убийца, и к тому же, лжец.
– Тогда зачем он устроил все это в подвале?
– Показуха...
– Стефан, это глупо!
– Елена, не будь такой наивной! Нельзя верить всему, что говорит и делает Деймон.
– По-моему ты перегибаешь палку – он не такой, каким ты его выставляешь.
– Я докажу тебе, что он именно такой.
– Стефан, мы с ним друзья – он не стал бы мне лгать, не по такому поводу.
– У него нет друзей: вы, люди, для него только еда! А ты у него цель номер один, потому что я тебя люблю, и он обязательно захочет...
Тут глаза Стефана остекленели, казалось, будто его загипнотизировали. Он смотрел в пустоту словно робот, которого только что отключили. Но уже через секунду он прожигал Елену хищным взглядом, готовый напасть. Вокруг его глаз выступили вены, он обнажил клыки, а изо рта послышался животный рык.

Деймон из последних сил рванулся к любимой. Он упал на колени перед ней и бережно взял ее на руки. Он до последнего надеялся, что этого не произойдет. Но... Это все же случилось...
Стефан пришел в себя. Он с ужасом смотрел на происходящее. В голове мелькали картинки прошлых минут. Ее глаза, наполненные ужасом, перед тем, как он свернул ей шею. Крик брата до сих пор звучал в его голове.
– Молись, чтобы она ожила, – яростно процедил Деймон. – Иначе я вырву твое сердце.
Он всеми силами пытался скрыть свою боль за маской злобы. Он сам молил Бога, чтобы она – та, которая стала смыслом его никчемного существования, – открыла глаза и произнесла хоть слово. Пусть даже этим словом будет «ненавижу». Деймону казалось, будто время остановилось, и с каждой минутой ему все тяжелее и тяжелее удавалось скрыть тот ужас, что творился в его душе. Ему хотелось кричать, рыдать, взывать к Господу, лишь бы она проснулась. Он жил мыслями о ней, редкими встречами, ее улыбкой, ее бездонными карими глазами. А сейчас это все может рухнуть из-за одной гадости в его крови. Он не переживет. Он уйдет за ней.
– Проснись… – взмолился Деймон, и слезы выступили на глазах.
Он не справился, не смог скрыть боль. Он поддался щемящему чувству в груди, разрывающему его мертвое сердце на куски.
В давящей тишине он слышал, как его слезы капают на тело Елены. Он отчаянно пытался найти биение любимого сердца, но ничего, только страшная тишина и прерывистое дыхание брата за спиной.
– Елена... – шептал Деймон. – Вернись... Умоляю... Не оставляй нас...
И вот удар…другой... Ее сердце тихонько начало отбивать ритм. Как же сильно болела шея... Она отчаянно пыталась понять, что произошло. Память услужливо начала выдавать картинки прошлого: Стефан... Боль... Подвал... Деймон... Кровь... Снова Стефан... Его руки... Хруст костей... Темнота... Боже! Елена в ужасе открыла глаза. Перед ней был Деймон. Он держал ее на руках. Его небесно-голубые глаза были полны невыразимой боли. И слез...
– Елена… – вымолвил Деймон охрипшим голосом, – прости меня...
Елена поняла, на что он обрек ее. Теперь она принадлежит тьме, как и он. «Господи, за что?» – думала она, глядя, как вампир отводит взгляд. Память снова показала картинку прошлого, будто выдавая ответ: вечер, ее комната, и он с ожерельем в руке. «Я люблю тебя...» – его слова звучали в голове. «Я тебя не заслуживаю...» – эта обреченность в глазах. «...Но ты все забудешь», – эта боль и слеза. А потом он исчез. Ее сердце сжалось в комок. Она словно почувствовала все то, что чувствовал он в тот день.
Он не мог видеть ее наполненных ужасом глаз. Боялся разглядеть в них ненависть. Только не сейчас, не тогда, когда он так уязвим. Его сердце разрывалось, а слезы продолжали течь. Он ждал, когда она произнесет это слово – всего одно слово, которое убьет его душу. Но она лишь прижалась к нему, обхватив за шею. Он зарылся в ее волосы и тихо всхлипнул. Он не мог понять, что чувствует сейчас. Боль. Отчаяние. Надежда.
– Все хорошо... – шептала она. – Я вернулась...
Елена знала, что Стефан стоит рядом. Она не могла взглянуть на любимого: ей было стыдно, ведь она обнимает не его, а Деймона. Никогда этот вампир не смел показывать свои истинные чувства, но сейчас... Как она могла отвернуться от него, еще больше растерзать это измученное сердце?
– Что ты наделал... – лед в голосе Стефана заставил ее сердце замереть.
– Что?.. – тихо спросил Деймон, подняв взгляд на младшего брата.
Елена взглянула на любимого, и ее сердце словно оборвалось. Он возвышался над ними, его лицо было ужасающе грозным, а глаза снова потемнели. На секунду Елене показалось, что эта Сила решила добить ее с помощью Стефана, но он смотрел не на нее, а на Деймона.
– Как ты посмел обратить ее? – Стефан не двинулся с места, и лишь голос стал еще холоднее.
– Я хотел ее спасти, – Деймон поднялся на ноги и с вызовом посмотрел на брата.
– Ты не имел права обрекать ее на такое существование!
– У меня не было выбора! Что бы ты сказал ее близким?! – не выдержал Деймон. – «Извините, я свернул шею вашей Елене»? Да?!
– Я что-нибудь придумал бы, – отрезал Стефан.
– Послушай, братец, я только что спас твою любимую, а ты даже спасибо не сказал!
– Лучше бы она умерла, чем стала такой.
После этих слов Деймон потерял дар речи и, открыв рот, уставился на Стефана. Он не верил в то, что услышал. Не верил, что все это сказал его брат. Он взглянул на Елену. Она стояла рядом и смотрела на Стефана. Ужас. Это все, что он прочитал в ее глазах. «Да как этот поганец посмел такое сказать при ней?! – подумал он. – Как он посмел снова причинить ей боль?!»
– Значит, так ты ее любишь, брат? – злобно процедил Деймон.
– Я ее очень люблю, – ледяным тоном отозвался Стефан, – и ни за что не пожелал бы ей такой участи!
– Стефан... – прошептала Елена.
Братья обернулись на девушку. На ее глазах выступили слезы. Она покачала головой, отказываясь принимать услышанное, а затем выбежала из помещения. Единственное, чего ей сейчас хотелось, так это убежать подальше отсюда, от Стефана, забыть все его слова, не слышать этот леденящий душу голос.
– Елена! – Деймон бросился за ней. Он не мог позволить ей убежать. Не сейчас. Ей нужна кровь. Как можно скорее. Иначе она умрет. И он уже не сможет ее вернуть. Никогда.
– Елена, успокойся, прошу тебя, – он прижал ее к стене возле входа в подвал.
Деймон знал, что эта истерика – последствия ее обращения, которые стали дополнением к шоку от смерти и такому поведению его брата. Ему нужно было утихомирить девушку, ведь она должна была закончить свое превращение, а для этого нужно успокоиться. Ей предстояло решить: выпить кровь и стать вампиром, или отказаться и через несколько часов умереть. Да что решать, она, конечно, выберет смерть. Но он ей не даст. Он силой заставит ее выпить кровь. Он не позволит ей умереть.
– Отпусти меня, Деймон! – кричала Елена, заливаясь слезами. – Зачем ты сделал это со мной?! За что?! Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!!!
А вот и эти слова...
Она пыталась вырваться. Но кто она по сравнению со ста сорока шестилетним вампиром? Она увидела за спиной Деймона своего Стефана. Его холодный взгляд снова резанул по сердцу, и, опустив глаза, она прекратила все попытки вырваться.
– Я никому не нужна такая... – прошептала Елена, всхлипывая.
– Ты нужна своим близким... – Деймон прижал ее к себе. – Ты им любая нужна, главное, чтобы ты была жива. Они любят тебя. Они не переживут, если потеряют еще и тебя...
– Ты забыл себя упомянуть, – жестко произнес Стефан. – Это ведь ты так хотел ее обратить. Такая ты ему нужна, – обратился он к Елене.
Она пересилила себя и снова посмотрела в глаза любимого. Сквозь подступивший ком в горле она проговорила:
– А тебе?..
– И мне, – ответил он после паузы пустым голосом.
– Елена, – подал голос Деймон, он продолжал ее держать, – тебе нужна кровь, иначе ты погибнешь.
Сальваторе-старший уже приготовился к очередному сопротивлению со стороны этой хрупкой девушки. Но она лишь безразлично кивнула, позволив ему увести себя в гостиную и усадить в кресло. Стефан ушел за пакетом донорской крови и уже через минуту выливал ее в стакан для виски. Словно робот, Елена взяла его и поднесла к губам, без единой эмоции она осушила емкость, будто там была вода. Боль в шее стала пропадать, и Елена постепенно приходила в себя. Мысли уже не крутились в голове страшным вихрем, заставляя впадать в истерику. Она, наконец, смогла нормально осознать, что сегодня произошло.
– Я хочу домой, – сухо произнесла она и направилась к двери.
– Ты не можешь выйти, – остановил ее Деймон. – Ты сгоришь на солнце.
– И что, мне теперь до ночи тут сидеть? – возразила девушка.
– Нужно позвонить Бонни, попросить заколдовать для тебя кольцо, – предложил Деймон, доставая свой телефон.
– Никому звонить не надо, – отозвался Стефан. – У меня есть кольцо.
Он вышел из гостиной и поднялся к себе в комнату, а через минуту уже протягивал Елене золотое колечко с лазуритом.
– Кольцо Кэтрин... – прошептал Деймон. – Откуда?..
Его вопрос не был услышан, а Елена нетерпеливо надела кольцо и обратилась к братьям:
– Теперь я могу идти?
– Да, – бесцветно ответил Стефан.
Она снова взглянула на Стефана, потом на Деймона, в глазах которого опять плескалась боль, затем развернулась и вышла из дома. Она больше ни минуты не могла находиться в этом доме. Не могла смотреть на эти лица, слышать эти голоса. Два дорогих ей человека, такие разные, но оба причиняли ей боль. Она не хотела думать о них. Не сейчас. Ей слишком плохо чтобы принять новую правду. Ей даже на минуту показалось, будто братья поменялись телами: несвойственная Стефану жестокость и невероятная ранимость Деймона.

Елена шла домой и всеми силами пыталась отогнать эти чертовы мысли. Она старалась подумать о себе, о том, как ей теперь жить, но перед глазами стояли их лица, в голове звучали их слова. Стефан...
Почему? Ведь мы так любили друг друга. А теперь... Что станет с нашими отношениями после всего этого? А Деймон? Как он – жестокий, эгоистичный монстр – может быть таким? Нет, я, конечно, знала, что не безразлична ему, но не до такой же степени. Разве он вообще может любить? Наверно Стефан прав, Деймон обратил меня для своих целей. Что он там хотел от меня? Ах, да, он хотел, чтобы я стала его игрушкой. Но как же?..
Перед глазами Елены снова появилась картинка убитого горем Деймона. «Абсурд, ведь он действительно меня любит. Если бы хотел, давно уже игрался бы со мной. Но он этого не сделал, – рассуждала Елена, уже подойдя к дому. – Вот я и дома. ЧЕРТ!!!»
Погрузившись в мысли о братьях, Елена совсем забыла о том, что теперь она вампир. И вспомнила она об этом, только когда перед ней появилась невидимая стена вместо входной двери. Теперь она не может зайти в собственный дом, теперь ей здесь не место. «Черт... – Елена оглядывала дверной проем и отчаянно пыталась придумать выход. – Придумала. С Богом».
Звонок в дверь. Джереми вышел из своей комнаты и направился к входной двери.
– Елена?! – удивился он, увидев на пороге сестру. – Ты чего? Сама войти не могла?
– Нет. Я ключи потеряла, – соврала девушка.
– Ну, молодец, Дженна тебя за это по голове не погладит, – ответил парень и развернулся, чтобы уйти.
– Стой, – Елена поняла, что сейчас он все узнает. – Джереми, впусти меня...
– Что?.. – подросток в недоумении уставился на сестру, но через секунду его глаза округлились. – Ты... Не может быть, Елена...
– Впусти меня, пожалуйста... – взмолилась Елена.
– Проходи... – ошарашено проговорил он.
Девушка прошла в дом и уже было направилась в свою комнату, как Джереми схватил ее за руку:
– Ты мне ничего рассказать не хочешь?
– Нет, – коротко ответила Елена и с легкостью высвободила руку. – Не сейчас, Джереми... Мне плохо, я хочу побыть одна...
Она вбежала по лестнице на второй этаж, заперлась в комнате и упала на кровать. Не в силах больше сдерживать боль, она заплакала. «Теперь я порождение тьмы! Монстр! Убийца! Теперь я не нужна Стефану! Не нужна никому! Господи, за что?! Почему именно сейчас?!..»
За окном стемнело, поднялась луна. Елена больше не плакала. Она сидела у окна в полной темноте и разглядывала улицу. Сейчас ее взору открылось то, что обычному человеку не дано увидеть. То, что видят ночные охотники. Память постепенно возвращала ее к событиям прошедшего дня, в голове крутились обрывки фраз:
«Я хотел ее спасти...»
«Лучше бы она умерла...»
«Ты нужна своим близким...»
«Такая ты ему нужна...»
Она вспоминала взгляд Стефана, жестокий и режущий душу словно нож. Почему он так отреагировал? Она была уверена в его любви, считала, что он примет ее любую. А теперь все это рухнуло. Вместе с их любовью. Этими словами Стефан в один миг потушил пламя их любви, которое и так горело уже не в полную силу. Она больше не сможет делать вид, будто все хорошо. Он обманывал ее столько раз, а она все равно говорила «люблю». Теперь он предал ее, и она уже не сможет сказать: «Все хорошо, Стефан».
Деймон... Наконец, Елена увидела настоящего Деймона – доброго, ранимого, преданного. Как хотелось ей, чтобы он всегда был таким. Чтобы, наконец, исчезли его злость, эгоизм, его желание причинять боль, убивать. Теперь Елена поняла, что есть только один шанс заставить его снять эту маску безжалостного монстра. И этим шансом была ее взаимность. Но она не могла дать ему ту любовь, которую он хотел. Для нее он был всего лишь другом. Братом ее любимого. Бывшего любимого.

8 июня
Солнце потихоньку поднималось из-за горизонта, но Елена так и не сомкнула глаз. Она пыталась понять, как ей быть дальше, как научиться жить по-другому. Думала о близких ей людях. Она не сможет вечно скрывать от них свою суть. Рано или поздно друзья заметят отсутствие ожерелья с вербеной и маленькое золотое колечко с лазуритом, которое появилось на ее пальце. Она думала о Бонни. Ведьма отказалась от дружбы с Кэролайн, когда та стала вампиром, теперь она откажется и от нее. И ей будет плевать на то, что Деймон пытался спасти Елену. Она убьет его...
Нет, я не позволю Бонни причинить Деймону вред. Не теперь, когда он показал свою настоящую суть. Он спас мне жизнь, не думал о том, чем ему это обернется, просто спас. Он мой друг, настоящий друг, и я не отвернусь от него, когда ему нужна будет помощь. Даже ради Стефана или Бонни. Почему?.. Я не могу объяснить те чувства, которые испытываю к нему теперь. Что-то большее, чем дружба, но не любовь. Ведь я люблю только Стефана. Боже... Кому я лгу? Нет, я больше не принадлежу ему. Он говорил, что всегда будет любить меня, но... Стоило мне стать вампиром, как он... Предал меня... Ну почему все так?.. Господи, ты мне глаза открыть хотел на то, кому я нужна, а кому нет? Не таким же способом! Теперь я точно знаю... Деймон... Любит меня... Я нужна ему... Нет, не могу... Стефан...

Что я сделал с ней?.. Позволил умереть... Сделал ее вампиром, не подумав о том, хотела ли она этого... Эгоист... Думал о себе, а не о ней... Как я мог?.. Да, она смысл моего существования, но не превращать же ее жизнь в ад только потому, что не смогу жить без нее... Она никогда меня не простит за это. И Стефан тоже. Мне нет оправдания. Я обрек самого дорогого мне человека на вечность страданий. Я проклял ее... М-м-м, как бы хотелось сейчас увидеть ее. Услышать ее голос. Но... Я не могу. Она не захочет меня видеть. Нужно дать ей время… Может, тогда она хоть немного смягчится ко мне и позволит поговорить с ней, подпустит меня хоть на шаг. Я просто обязан помочь ей в этой «новой жизни». Я не могу допустить того, чтобы моя принцесса пошла по такому же пути, что и я. Она не должна стать убийцей. Она не такая. Она не Кэтрин.

Если бы не Деймон... Боже, что я натворил?.. Я убил ее... Я... Вот этими руками... Как я мог?.. Не понимаю, что произошло со мной? Будто кто-то приказывал. Деймон говорил правду, им тоже кто-то управлял. Но кто?.. Кому понадобилось убивать Елену? Господи, я сделал ее вампиром. Ведь я видел, как Деймон давал ей кровь. Почему я не остановился? Моя Елена... Вампир... Теперь она ничем не отличается от Кэтрин. Как ни пытался сберечь ее человечность, не получилось. Деймон не упустил своего шанса. Он должен был защитить ее, а не кровью поить! Верно, ему это было на руку. Что сделает он дальше? Внушит? Настроит ее против меня? Ведь он знает, насколько сильны вампирские чувства. Она легко может возненавидеть меня, и так же легко полюбить его! Я потерял ее!

10 июня
Дорогой дневник!
Уже третий день я не выхожу из комнаты. Уже третий день я вампир. Эта жажда… Мне все труднее ей противостоять. Я еле сдерживаю себя, чтобы не наброситься на Дженну или Джереми… Они всё пытаются со мной поговорить, узнать что произошло. Но я не могу… Я не хочу ничего им говорить. Особенно Дженне. Она же вообще не верит во всех этих вампиров и ведьм! Я не представляю, что с ней будет, если она узнает правду!
Бонни и Кэролайн сегодня заходили, но я попросила их не пускать. Дженна сказала им, что я заболела и сейчас отдыхаю. И правильно. Я не боюсь реакции Кэролайн на мою новую суть. А вот Бонни… Я не хочу ее потерять... Конечно, я понимаю, что она будет продолжать общаться со мной, как и с Кэролайн, но дружбы между нами уже не будет. И она легко убьет меня, если вдруг я причиню кому-нибудь вред.
Стефан так и не появлялся. Даже не звонил. Ну почему он так со мной?! Мне как никогда нужна его помощь, поддержка, а он исчез! Деймон тоже хорош! Обратил, а учить и не думает! Мол, разбирайся сама. Ох, как я зла на них, как бы я хотела разорвать их обоих в клочья! Бездушные твари! Клялись в любви, а что теперь?! Ни одного, ни второго! Бросили на произвол судьбы, а сами занимаются не пойми чем!
Ох, кажется, получилось заглушить жажду. Пойду спать, а на рассвете отправлюсь в лес, попробую поймать какого-нибудь кролика сама. На помощь братьев Сальваторе можно не рассчитывать.

Я шла по двору большого поместья в стиле XIX века. Красивое белое здание возвышалось среди старых дубов. Я оглядела себя: роскошное синее платье с пышной юбкой и открытыми плечами. Волосы были завиты. Наверно, я сейчас сильно похожа на Кэтрин. Я осмотрелась по сторонам, вокруг никого не было. Может, в доме кто-нибудь есть? Я не успела сделать и шага, как дверь особняка открылась, и оттуда вышел мужчина во фраке. Это был Деймон. Он подошел ко мне. Как же он красив... Эта искренняя улыбка, эта нежность в глазах... И никакой самовлюбленности. Он с такой любовью разглядывал мое лицо. Легко провел пальцами по моим волосам, потом по щеке. Стоп! Прикосновение?!

Я открыла глаза: передо мной стояла темная фигура. Инстинкты сработали раньше, чем мой разум, я моментально схватила противника за горло и перебросила через себя на кровать так, чтобы он оказался подо мной. Сжимая его шею, я обнажила клыки и зарычала. Но уже через секунду я оказалась под ним, вжатая в кровать, а по комнате пронесся устрашающий рык моего противника. Первое, что я осознала, – клыки – вампир.
– Деймон?.. – удивилась я, когда разглядела того, кто меня одолел.
– Неплохо, – улыбнулся он и, отпустив мою шею, устроился рядом. – Ты быстро учишься.
– А меня кто-то учил? – возмутилась я. – И какого черта ты делаешь в моей спальне... – я глянула на часы. – В час ночи?
– Тебя хотел увидеть... – улыбка сползла с лица Деймона, он опустил голову.
«Черт, зря нагрубила», – подумала я.
– Как ты? – спросил вампир после небольшой паузы. Он взглянул на меня, в его глазах была боль. И, кажется, я поняла почему. Ему, как и Стефану, тяжело видеть меня такой. Пусть даже я и не принадлежу ему. Как и Стефану… Теперь...
– Я голодна...
– Прости. Я забыл научить тебя охотиться. Идем, – Деймон встал с кровати и подал мне руку. – Я поймаю для тебя какое-нибудь животное, а завтра начнем твое обучение.
Я взяла его за руку и поднялась. Мы оказались совсем близко друг к другу, его взгляд скользнул по моим губам. Я слышала, как его сердце замерло в груди. Крепче сжав мою ладонь, он потянулся лицом ко мне... Меня окатила волна страха, и я задержала дыхание. Но тут в его голубых глазах промелькнула боль, и он отстранился назад, выпуская мою руку.
– Я жду внизу, – бесцветным голосом сказал Деймон и выпрыгнул в окно.
– Боже... – прошептала я, а затем побежала одеваться.
Через минуту я уселась на подоконник и свесила ноги. Деймон стоял под окном и выжидающе смотрел на меня. Страшно как... Я раньше не прыгала со второго этажа. Ну, конечно, я бы ноги переломала!
– Я поймаю тебя, – Деймон поднял руки, ожидая моего прыжка. – Не бойся. Доверься мне.
«Я доверяю», – подумала я и прыгнула.
Он подхватил меня за талию и не дал упасть. Так здорово: ни капли боли, будто я спрыгнула со ступенек крыльца... Тут до меня дошло, что я опять нахожусь слишком близко к нему. Как же я боялась таких моментов. Я не знала, что он может сделать, хотя, нет, знала – ничего. Но каждый раз видеть эту боль в его глазах невыносимо. Она угрызениями совести каждый раз колола мне сердце, заставляя понимать то, что он чувствует. Ох, Деймон...
– Нам в ближайший лес, – слабо улыбнулся он. Видимо мои эмоции были написаны у меня на лице. И они его позабавили.
Половину дороги мы прошли в напряженном молчании. Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, я решила задать пару вопросов:
– Как там Стефан? – я искоса глянула на Деймона, его лицо сразу же помрачнело. – «Дура, я даже не спросила как его дела!»
– Нормально. Перестал, наконец, заниматься самобичеванием.
– Вы больше не ссорились?
– Ну... Вчера он сделал мне перфорацию живота, – Деймон посмотрел на меня и улыбнулся. – И все, – но увидев мой шок, он тут же добавил: – Да расслабься, ничего я не сделал с твоим благоверным, – он снова самодовольно улыбнулся.
– Да я не о нем беспокоюсь... – выпалила я еще до того, как поняла, что должна была промолчать.
– Неужели обо мне?! – Деймон наигранно удивился. – О, это такая честь для меня! – положив руку на сердце, он слегка поклонился. – Прекрасная Елена удостоила уголком своего бесценного сердца меня – преданного слугу!
– Идиот, – буркнула я.
– Ну, извини, просто не верится, что ты беспокоишься обо мне!
– Я всегда о тебе беспокоилась!
– Я знал, что все женщины от меня без ума, – снова заулыбался Деймон, мечтательно задрав голову. – Даже если они в этом не признаются. Я ведь такой классный! Как обо мне можно не беспокоиться? Вдруг я испорчу свое шикарное тело!
– Заткнись! – не выдержала я. – Чертов эгоист! Весь мир не крутится вокруг тебя одного!
– Ну, прости, – Деймон резко оказался передо мной. – Я же шучу, я не хотел тебя злить.
– Тогда прекрати.
– Хорошо-хорошо, – протянул он и вдруг замер. – Я чую еду. Стой тут. Я быстро.
Деймон тут же скрылся за деревьями, а я осталась стоять в темноте посреди леса. Мое одиночество продлилось всего несколько минут. Я услышала шорох травы и на всякий случай приготовилась к атаке. Через несколько секунд среди деревьев я разглядела мужскую фигуру. Деймон принес мне олененка, ножки которого были перевязаны его дорогим дизайнерским ремнем.
– Ваш ужин, мисс Гилберт! – довольный собой он положил животное к моим ногам.
Олененок отчаянно пытался встать, но ремень туго перетянул ему ноги. Животное было до смерти напугано и жалобно попискивало. От всей этой картины мне стало не по себе. Я представить не могла, как можно лишить жизни существо, которое только начало свой путь по земле.
– Я не буду его есть! – возмутилась я.
– Ну, началось... – Деймон недовольно закатил глаза.
– Он же совсем маленький! Мне его жалко!
– Еще через пару дней голодовки ты набросишься на родных, и тебе будет не до жалости! Ешь, давай! И не заляпай мой ремень, он дорогой!
Я злобно глянула на Деймона: «Ремень, блин, дорогой. Вот скотина».
Потом я присела на корточки возле животного и попыталась дать волю жажде. Постепенно у меня стало получаться, и мысли о жалости испарились, уступив место жгучему чувству голода. Во рту начали удлиняться клыки, а вокруг глаз выступили вены, Деймон видимо заметил это.
– Кусай сюда, – он указал на шею.
Сосредоточив все мысли на крови, я вонзила клыки в олененка. Теплая густая жидкость потекла по моему горлу, утоляя жажду. От осознания того, что я пью кровь, меня начало тошнить. «Сок, сок, какой сок? – думала я, пытаясь отвлечься. – Томатный! Точно!» Тошнота постепенно отступила, а кровь в животном закончилась. Я справилась...
– Молодец, – произнес вампир, снимая ремень с ног убитого животного. – Тебе этого хватило?
– Да, вполне.
– Тогда идем, я провожу тебя до дома.
Всю обратную дорогу мы снова молчали. Я иногда поглядывала на Деймона, выражение его красивого лица было серьезным, задумчивым. Странно, это на него не похоже... Обычно он улыбается, выкидывает какие-нибудь шуточки, а теперь... Я не могла понять, то ли он пытался скрыть свои настоящие эмоции, то ли, наоборот, не стал прятать их под улыбкой. Я решила задать ему пару важных для меня вопросов. И хотя сердце скулило: «Не надо, молчи», – разум твердил: «Ты должна знать ответы». Я остановилась у дерева под своим окном и повернулась к Деймону. Набравшись решимости, я заговорила:
– Могу я задать тебе пару вопросов?
– Задавай, – ровным тоном произнес он, глядя мне в глаза.
– Почему ты меня обратил? – осторожно спросила я.
– Я должен был тебя спасти, а это был единственный шанс, – он глубоко вздохнул и продолжил. – Можешь ненавидеть меня за это, я пойму. Но другого выхода у меня не было.
– Ты мог дать мне умереть, никто не винил бы тебя за это.
– Нет, не мог! – резко возразил он. – Как я буду смотреть в глаза твоим родным, зная, что мог тебя спасти, но не спас?
– Дело только в этом? – мне казалось, что тогда о моих близких он думал в последнюю очередь. В голове снова крутилось его признание в любви.
– Да, – сухо ответил вампир и отвел взгляд.
– Деймон... – тихо позвала я, пытаясь заглянуть ему в глаза. Он врал – я чувствовала. Пытался снова спрятаться под маской, не показать своих переживаний. – Не закрывайся от меня, пожалуйста...
– Какое тебе дело до моих чувств?! – он резко повернул голову, его глаза наполнились ледяной яростью.
– Деймон, я...
– Жалеешь меня?! – он перебил меня, и каждое его слово врезалось в сознание острыми осколками льда. – Так вот знай, девчонка, мне плевать на твою жалость, и скажи спасибо, что я нянчусь с тобой, вместо того, чтобы вырвать твое жалкое сердце.
Волна страха окатила меня с ног до головы, и я стояла не в силах даже пискнуть. Я боялась, что он разорвет меня, стоит мне произнести хоть слово. Я не смела даже пошевелиться, вдохнуть. Сердце бешено колотилось в груди, а я страстно желала, чтобы оно остановилось хоть на минуту.
Через несколько секунд Деймон глубоко вдохнул и стал приближаться ко мне. Сердце замерло от ужаса, разум приказывал бежать, но тело парализовало прикосновением его рук. Я зажмурилась, предчувствуя страшную смерть, но он лишь крепко прижал меня к себе. Ноги оторвались от земли, и я почувствовала легкое дуновение ветра. Через секунду я оказалась в своей комнате. Деймон сразу же отстранился от меня, и холодно произнес:
– Спокойной ночи, Елена.
Не дожидаясь ответа, он исчез в ночи.
От того Деймона, который держал мое мертвое тело на руках не осталось ни следа. Он снова скрылся под маской жестокости, ярости, презрения. Этот Деймон не знал ни любви, ни жалости. Он умел только убивать...

Деймон умчался в лес, он яростно бил кулаком по стволу дуба, проклиная себя за несдержанность.
Эта маленькая девчонка снова заставила меня страдать. Как она посмела требовать от меня признания этих глупых человеческих чувств?! Проклятье! Я вру сам себе! Как же сильно я ее люблю... Я не имел права пугать ее, обижать... Но ведь сорвался! Заставил ее маленькое сердечко сжаться от страха! Зачем?! Почему я это делаю?! Почему всем причиняю боль?! Господи...
Он так хотел открыться ей, показать, что он не чудовище, что в нем есть еще что-то хорошее. Но безжалостный монстр все же вырвался на свободу и снова подавил все человечное, что в нем осталось. Он заставил ее бояться и ненавидеть его еще больше, убивая последнюю надежду на счастье.
До крови разбивая руку, Деймон пытался заглушить эту ужасную боль в душе, не замечая, что рана уже не успевает затягиваться. Перед глазами стояло ее наполненное страхом лицо, в голове стучало ее напуганное сердце.
– Деймон... – послышался тихий женский голос позади.
Я резко развернулся и схватил девушку окровавленной рукой. Сжав ее горло, я обнажил острые клыки и издал животный рык. Это была Кэролайн.
– Тихо-тихо, это я, – прохрипела девушка.
– Прости, – я отпустил ее и нацепил маску безразличия. – Какого черта ты тут делаешь?
– Хотела поохотиться. Услышала шум. Пришла сюда. Ты разве меня не слышал?
– Нет.
– Видимо ты так сильно был занят избиением дуба, что не заметил, как я уже минут пять за тобой наблюдаю. Что-то случилось?
– Не твое дело, Барби, – раздраженно ответил я, глядя на дерево со следами своей крови.
– Хватит меня так называть! – возмутилась девушка. – Я уже давно не тупая блондинка!
– Серьезно? – меня позабавила ее реакция.
– Идиот, – злобно ответила девушка и пошла прочь.
Ну, вот опять, что я делаю? Зачем я ей нагрубил? Глупая попытка скрыть свои чувства...
– Мне больно... – тихо произнес я, и если бы не вампирский слух, Кэролайн не услышала бы меня. Она развернулась и осторожно начала приближаться.
– Что произошло?..
– Она ненавидит меня... – я обессилено опустился на землю, облокотившись на ствол дерева, сил сопротивляться боли уже не было.
– Кто?.. – девушка осторожно присела рядом, положив руку мне на плечо.
– Елена, – я хотел просто высказаться. – Я снова ее обидел. Напугал. Почему я все время это делаю?..
– Ты такой... Это твоя суть...
– Это не я, Кэролайн! – я взглянул на девушку. В ее глазах плескался страх. – Ты боишься меня... Как и она... Не стоит... Я больше не причиню тебе боль. Никто не знает, какой я на самом деле. Тот монстр, которого все видят, – маска. Я сделал себя таким, чтобы никто не увидел меня настоящего, мою боль, мои мысли, чувства.
– Почему ты не можешь стать настоящим?
– Никто не поверит мне... Я монстр и уже никогда не смогу стать другим...
– Сможешь... Ради Елены... Ради любви к ней... Ради тех, кому ты дорог...
– Я никому не дорог! Одни хотят, чтобы я сдох, другие – чтобы убрался из города.
– Деймон, у тебя есть друзья, брат. Им ты дорог. Стефан любит тебя.
– Да ну? За весь ад, который я ему устроил?
– Ты его брат, и он, как и другие, хочет, чтобы ты был настоящим... Ты и мне дорог, я считаю тебя своим другом, несмотря на то, что ты со мной сделал, – Кэролайн попыталась улыбнуться сквозь страх.
После всего, что я сделал? После того, как долгое время пил ее кровь, игрался как с куклой, а потом обратил в вампира? Господи, я такое чудовище, а она меня другом считает. Я обнял ее и тихо на ухо прошептал:
– Прости меня. За все. Если сможешь.
– Простила... Такого Деймона хотят видеть все, – Кэролайн была немного шокирована, видимо, потому что я обнял ее и извинился.
– Она из-за меня стала вампиром...
– Елена?! – Кэролайн отстранилась и ошарашено уставилась на меня.
– Да. Я спасти ее хотел. И мне пришлось... А завтра я обещал Елене устроить обучение, но мне стыдно идти к ней после этой ссоры...
– Ты должен пересилить себя и извиниться перед ней.
– Ты права...
– Расскажи, что произошло?
Я принялся рассказывать ей все, начиная от Дня Основателей... И заканчивая этой дурацкой ночью...

– Вот такая я сволочь, – закончил я свой рассказ.
– Деймон, ты просто обязан извиниться перед ней. Хотя бы ради себя. Ведь ты ее любишь...
– Да знаю... Опять нужно сломать себя... Ты не представляешь, как я устал...
– Понимаю, но ведь ты хочешь стать лучше... Ведь хочешь?
А хочу ли я этого? Столько лет жил эгоистичной скотиной и не заморачивался о том, чтобы стать лучше, а теперь... Идиотская любовь! Вечно все портит! Даже меня превращает в тряпку! В преданную собачонку, которая готова на все, лишь бы хозяйка не выбросила на улицу!
– Хочу, – только и ответил я. – А еще я хочу выпить. Здесь недалеко есть придорожный бар. Пойдем?
– Э... – замялась Кэролайн. Смешно было наблюдать за тем, как она принимала столь важное решение. Правильная девочка, что ли? Мисс «Я по ночам в бар не хожу»? Вроде, она не из таких... Меня боится, что ли? – Я согласна, – наконец решилась она.
– Отлично! – ответил я, и мы зашагали к трассе.
Нет, я не алкоголик. Я просто хочу расслабиться. Так сказать, унять свой пыл, чтобы не покалечить еще один бедный дуб. Я как ни как вампир, а не дятел. Хотя, сейчас я бы не прочь им стать, чтобы не тащиться до этого чертового бара пешком.

Мы зашли в зачуханный бар-мотель. Взгляды пропитых дальнобойщиков устремились на нас. Точнее, на Кэролайн. Эта Барби рядом со мной явно вызывала интерес доброй половины присутствующих. Хорошо ли это? М... Мне ли не пофиг?
Мы прошли к барной стойке и уселись на высокие стулья. Я оглядел бар: пятеро амбалов сидели за столом в дальнем углу и распивали пиво. Один из них криво улыбался и смотрел на нас пьяными глазами. Я прислушался:
– ...я хочу эту куколку. Спорим, что я легко надеру этому сопляку задницу? – говорил он своим дружкам. – Делайте ставки. Сегодня я развлекусь с этой девочкой.
«Чудно», – подумал я. – «Вот и повеселимся».
– Мне двойной виски, – обратился я к бармену. – А даме... – я взглянул на Кэролайн в ожидании ее заказа.
– Мне текилу, – ответила она.
Бармен протянул нам выпивку. Я залпом осушил стакан, чувствуя приближение пьяного дальнобойщика.
– Эй, детка, не хочешь развлечься с настоящим мужчиной? – промямлил заплетающимся языком дальнобойщик.
Деймон удивленно поднял бровь, глядя на Кэролайн. Она слегка напугано смотрела на парня. Деймон чувствовал страх девушки и попытался успокоить ее одним только взглядом. Он развернулся к мужчине и, одарив его испепеляющим взглядом, процедил:
– Проваливай. Это моя девушка.
Дальнобойщик громко рассмеялся, и мне в нос ударил резкий запах перегара.
– Ненадолго, – сказал он, подступив вплотную ко мне. – Лучше свали, пока цел, – он толкнул меня в плечо.
А вот это уже перебор. Ну, ладно, поиграем.


– Можно мне вон ту бутылочку виски, – сказал я шокированному бармену, протягивая купюру. – И салфеточку, пожалуйста.
Парень протянул мне заказ и снова оглядел меня с ног до головы. Так. Салфеточка.
Я разжал кулак и положил золотой зуб на салфетку. Аккуратно завернув как конфету, я протянул его Кэролайн.
– Дорогая, это твой первый боевой трофей, – промурлыкал я, довольно улыбаясь. Слегка удивившись, она сунула его в карман. – Девушки, видите ли, любят золото, – объяснил я бармену.
Кэролайн засмеялась, и, взяв меня под руку, потянула к выходу. Я схватил бутылку со стойки и краем глаза заценил офигевший взгляд бармена.

Мы шли к реке, отбирая друг у друга открытую бутылку виски.
– Как я их? Круто, да? – довольный собой, улыбался я.
– Я никогда не видела, чтобы такие амбалы разлетались как плюшевые мишки! – смеялась Кэролайн.
– А как я притворялся, типа мне больно?
– Я даже поверила, что ты не можешь с ними справиться! Ты напугал меня!
– Да куда двадцати четырехлетнему – как он там меня назвал? Ах, да, сопляку – справиться с двумя громилами!
– Да уж... Я даже собиралась тебя спасать! А они были в глубоком шоке, когда ты вдруг очнулся и раскидал их по сторонам!
– Радиус разлета их тел был около пяти метров, – вставил я с умным видом.
Кэролайн рассмеялась, а я уличил момент и выдернул у нее бутылку с виски.
– А как ты тому зубы проредила! – я сымитировал ее удар.
– Тебе понравилось? – немного смутилась она.
– Еще бы! Это было шикарно!
– Ну, я же дочь шерифа! – гордо заявила Кэр.
– Положи свой трофей на самое почетное место в доме, – предложил я. – А лучше повесь на цепочку и носи на шее!
Девушка снова залилась смехом.
– А знаешь, надо было брать две бутылки и требовать доплату за такое шоу, – усмехнулся я.

– Вода... – простонал я, бросаясь в реку прямо в одежде.
Пару раз окунувшись, я принялся оттирать кровь с волос.
– Слушай, Кэр, у тебя случайно нет шампуня, или хотя бы кусочка мыла? – пожаловался я. – Никак не могу смыть этот чертов запах пива!
Опьяневшая Кэролайн согнулась пополам от смеха.
– Какая водичка теплая, присоединяйся! – крикнул я ей.
– Ага! Теплая! В пять утра! – сквозь смех ответила она. – И в каком виде я вернусь домой? Мне, как послушной девочке в шесть надо быть в своей кроватке!
На этот раз засмеялся я. Тоже мне, «послушная девочка»!
Я выбрался из реки, подошел к ней и забрал бутылку виски. Сделав несколько глотков, я улыбнулся и добавил:
– В таком виде тебе точно не стоит идти домой. Ты пьяная.
– Ты говорил умыться? – она вцепилась в мою рубашку и вытерла ею лицо. – Мне хватит и этого, – промурлыкала она.
– Эй, я только отмылся! – шутливо возмутился я.
– Один из плюсов вампира, – торжественно проговорила она, подняв указательный палец. – Это то, что можно напиваться в стельку и не страдать на утро от похмелья!
– Точно! Это один из самых главных секретов вампира! – подхватил я, и мы направились к ее дому.

Сбросив с себя одежду, я устало рухнул на свою кровать и залез под одеяло. Шикарная вышла ночка... И все-таки, она помогла сбросить напряжение последних четырех дней. Иной раз взаимное мордобитие бывает не только полезным, но и приятным. Ох, как есть-то хочется... И так не хочется вставать... Вот бы Стефан сейчас принес мне стаканчик крови... Он бы автоматически получил звание самого любимого брата на свете... Эх, мечтай-мечтай... Он может принести мне только белку, а значит, я останусь голодным.
Елена... Обязательно приду к ней завтра. Точнее уже сегодня... И извинюсь. Засранец, взял, обидел ее. Нет, ну точно извинюсь. Обязательно. Непременно. Черт, что я несу? Так, все, надо спать, а то приду к ней с пьяной мордой. Хотя, я даже пьяный неотразим. Бред...

Засыпая, Деймон создал ворона и направил его к дому Елены. Чтобы присматривать за ней, а заодно, знать, когда она соберется на очередную вылазку. Когда ворон был на месте, Деймон уже спал.

Эту картинку сделала для меня AcuLina

Это моя попытка работы с Фотошопом. Картинка к третьей главе.